 |
|
|
|
Бои за Ржев, умышленно забытые офицальными военными историками, не дают покоя немногочисленным участникам боевых действий, солдатам и офицерам, которым посчастливилось уцелеть в тот тяжелейший период, когда советские генералы учились вести войну методом бесконечных проб и бесконечных ошибок, стоивших жизни сотням тысяч наших бойцов.
Сводный отряд «Тризна» уже не первый год продолжает вести археологические раскопки в этом районе, пытаясь год за годом, выезд за выездом, день за днем, приоткрыть занавес неизвестности, скрывающий имена тех героев, которые шли в атаку практически без артподготовки, без танков и пушек, встававших из окопов с винтовкой в руках и десятком патрон в подсумках, принявших смерть и получивших... забвение.
На декабрьском собрании участников ПО «Тризна» практически единогласно было решено продолжить начатые работы в уже известном нам квадрате Зубцовского района. Каждый выезд приносил нам новые открытия и находки, которые, казалось бы, уже должны быть все найдены нами, но каждый раз земля отдавала нам то, что мы там искали – останки и имена бойцов, погибших при попытках прорвать линию фронта.
От РМОО «ПО «ТРИЗНА» на Вахте Памяти 2008 приняли участие отряды «ТРИЗНА» «ОМЕГА» «МИРЭА» «ПО им Рожкова» «Победа». Кроме того, в очередной раз нам помогали ребята из Кадетского Корпуса при РПЦ. Лагерь привычно развернулся в конце поля, которое штурмовала, пытаясь пробиться к реке Н-ская дивизия. Да... 66 лет назад пройти это поле живым удалось немногим. Большинство так и осталось лежать не погребенными в этой Зубцовской земле. На этом самом поле.
Лагерь – для поисковика из «Тризны» – это то место, где он проводит меньшую часть своего времени, темное время суток. Световой день дорог – многие участники приезжают всего на несколько дней. Сковывают работа, семья, дела и проблемы. Но для любимого дела – военной археологии на весенней Вахте Памяти всегда найдется время.
С наступлением темноты лагерь оживает – возвращаются мобильные группы, ушедшие в автономные разведку новых мест, поисковики, поднимавшие уже известные точки, приезжают коллеги из других поисковых отрядов.
Большой костер, как в лихие пионерские годы, собирает всех жителей лагеря. Картошку печь не нужно – ужин приготовили дежурные. Хочешь не хочешь, но в роли дежурного должен побывать каждый из нас. На весенней Вахте быть дежурным – худшее психологическое наказание. За зиму успеваешь соскучиться по лопате, готовишься, палатку штопаешь, миноискателем гвозди в паркете ищешь – и тут на тебе, ведро булькает. И то, только в том случае, если ты огонь разжег и воду принес.
Мешаешь поварешкой суп и слушаешь впечатления о прошедшем дне от вернувшихся товарищей. «Ну как сегодня?» - «Два бойца. а у тебя?» - «Пусто.. одни ВОПы» -«принес?» - «конечно, МЧС в среду приедет, заберут».
Утром в лагере снова оживление – мобильные группы расходятся-разъезжаются по намеченным квадратам. Лопаты, щупы, миноискатели, глубинники, GPS-навигаторы, горелка, запас продовольствия – серьезный набор серьезной группы для серьезного дела.
В этом сезоне верховые бойцы практически не попадаются, приходится использовать глубинники и эхолоты с целью нащупать пустоты и ямы в почве. Там могут быть бойцы. Простой миноискатель в этих краях годиться лишь на проверку отвалов, образующихся при разработке траншей в полный профиль и многочисленных воронок и блиндажей.
Если повезло и пошли кости – самое главное не пропустить капсулу – медальон. То, ради чего все затевалось. В ней должны быть данные о погибшем бойце: имя, фамилия, дата рождения, сведения о родственниках.
Найти капсулу – очень большая удача для поисковика. Найти капсулу с заполненным бланком – удача вдвойне.
В капсуле можно найти все что угодно, кроме заветного бланка – соль, рыболовные крючки, иголку с ниткой.
В конце Вахты подводим итог поднятым бойцам: 76 человек.
Остается самое главное – торжественное перезахоронение останков на воинском кладбище в августе, кропотливый поиск в архивах родственников погибших бойцов с установленными именами. И.. вновь засыпать появившиеся в процессе поисковых работ воронки.
|
|
|
